Итерация A

Этот этап «допроса» был слишком хорошо знаком агенту Хоббсу. Он был связан цепями, приковывающими его к металлическому стулу. Длина цепей была достаточной, чтобы он смог сплюнуть дурно пахнущую кровь и склониться, выражая покорность, перед другой фигурой в комнате. Из-за опухолей вокруг глаз почти ничего не было видно.

Дознаватель улыбнулся.

– Номер объекта? – процедил новый хозяин Хоббса сквозь свои заострённые зубы. Татуировки на его голове – два бычьих рога – угрожающе изогнулись, когда их обладатель наморщил лоб. Хоббс обычно думал о нём, как о Минотавре. Сейчас же он был просто Хозяином.

– SCP-1893, – отозвался Хоббс.

– Класс объекта? – прорычал дознаватель.

– Евклид.

– Особые условия содержания? – эти слова тюремщик прошипел, в его мрачный голос вернулась нотка агрессии. Хоббс собрался, чтобы отвечать как можно быстрее. Он не хотел снова испытывать гнев своего пленителя.

– Все рассказы, содержащие или ссылающиеся на SCP-1893, должны храниться в третичном мейнфрейме Зоны 38, пока исследователи Фонда не найдут способ их перемещения без риска заражения других компьютерных систем, – начал агент. – Также в компьютере должны постоянно храниться резервные истории. Если SCP-1893 начнёт проявлять агрессивное или другое необычное поведение, в мейнфрейм должны быть загружены дополнительные рассказы, написанные в стиле, используемом объектом. Физические копии всех историй до и после заражения SCP-1893 следует хранить в кабинете директора Зоны, в сейфе с тройным замком; для предотвращения возможного распространения заражения не должно существовать никаких других копий. Что бы ни случилось, все разговоры о SCP-1893 должны вестись без использования электронных устройств, а любые отсылки к номеру SCP-1893 запрещены на всех серверах и компьютерах Фонда, исключая вышеупомянутый.

Хоббс едва мог разглядеть дознавателя, мрачно смотрящего на агента. Он запаниковал, боясь, что недостаточно убедил своего нового хозяина в своей абсолютной покорности. Хозяин должен понять, что он покорился ему… ведь так?

Тюремщик фыркнул, будто убедившись, что ещё одно избиение не стоит затраченных усилий.

– Описание? – наконец услышал Хоббс. Он не успел отреагировать достаточно быстро.

– SCP-1893 – это не до конца понятое явление, считающееся электронным или цифровым в своей природе. Оно выказывает наличие как минимум примитивного разума, что выражается в подстройке под новое окружение, избегании неблагоприятных условий и простейшей способности общаться с исследователями Фонда, пусть и неявно. Неизвестно, способна ли сущность просто воспринимать окружающую среду или же обладает полноценным разумом…

На последней фразе новый хозяин Хоббса издал яростный рык, и агент знал, почему. Эту часть он никогда до этого не рассказывал – не из-за преданности Фонду, но из страха пред гневом тюремщика. Хоббс уже психологически не мог стыдиться своего разбитого состояния. Всё, чего он хотел, так это любым способом избежать новой боли.

Но Хозяина бы не устроило простое унижение, не в этот раз, и агент осознавал это. Он повернул голову, надеясь, что первый удар придётся не по лицу, – будто это могло помочь. Хоббс уже привычно ощутил, как ботинок врезается в его грудную клетку, опрокидывая агента вместе со стулом. Он попытался поднять голову, чтобы очередной удар не вбил её в бетонный пол, но головокружение было слишком сильно. Дознаватель наносил удары ногой снова и снова – в живот, лицо, пах.

Избиение закончилось раньше, чем ожидал Хоббс. Он подумал, что, видимо, пленитель решил применить и кнут, и пряник, причём кнутом была боль, а пряником – её отсутствие. По крайней мере, частичное. И это сработало. Хорошо, что тюремщик остановился за мгновение до того, как сломать шею агента.

Дознаватель вернул стул с пленником в исходное положение, сдавил шею Хоббса и кивнул ему, приказывая продолжать.

– Основной чертой SCP-1893 является его меметическое качество – сущность невозможно воспринимать, обсуждать или взаимодействовать с ней, кроме как с помощью вымышленной истории. В частности, любое электронное сообщение, касающееся SCP-1893, будет преобразовано сущностью в художественную прозу переменной длины, стиля и содержания. Однако все модифицированные сообщения всегда содержат определённые постоянные элементы, – Хоббс остановился и поднял взгляд на хозяина, безмолвно спрашивая, должен ли он продолжать.

Раздавшееся в ответ сердитое ворчание убедило его, что должен.

– Во-первых, – произнёс агент, – Содержание изначального сообщения остаётся неизменным – им заменяются все диалоги персонажей. Во-вторых, чаще всего в истории присутствует от двух до трёх персонажей; в то время как диалоги не меняются от рассказа к рассказу, вид и характер персонажей, а также их окружение, разнятся. Предполагается, что эти преобразования отражают «настроение» SCP-1893 во время доступа к нему. В-третьих, части сюжета истории могу меняться в зависимости от того, удастся ли объекту определить личность читающего или нет, хотя на данный момент исследователям не удалось найти определённого шаблона в подобных модификациях.

Дознаватель пристально смотрел на Хоббса, будто давая тому понять, что он знает, что это ещё не всё. Агент вспотел и тяжело задышал. Он боялся следующей части.

– Наконец, все изменённые SCP-1893 истории содержат неизвестного персонажа, который описывается как необычайно высокий и мускулистый, часто упоминается наличие у него татуировок в виде бычьих рогов на лице или возле него. Степень взаимодействия этого персонажа с другими часто показывает текущую степень агрессивности объекта; когда сущность спокойна, персонаж едва упоминается или обсуждается. Когда SCP-1893 считает, что для него существует угроза, или готовится к атаке, роль этого персонажа становится важной или даже центральной в сюжете.

Пленитель задумчиво кивнул, будто подбирая следующие слова. В тот момент, когда Хоббс уже был почти уверен, что снова начнётся избиение, он услышал:

– Приложение 1893-A?

Хоббс с облегчением вздохнул и принялся быстро говорить, в то время как дознаватель начал заходить ему за спину.

– Хотя к настоящему моменту ни одна предпринятая попытка полной постановки SCP-1893 на содержание не принесла результатов, все свидетельства указывают, что решение Фонда засекретить сущность и дать ей номер привело к тому, что она восприняла это как «имя» и теперь соответствующим образом реагирует на все упоминания этого номера в электронных носителях. Предполагая это истинным, был разработан теоретический план на случай, если уничтожение SCP-1893 станет необходимым. Согласно этому плану, Фонд в первую очередь должен…

Треск. Хоббс почти не почувствовал удар бейсбольной битой по затылку – настолько быстро он был нанесён. Следующие двенадцать ударов были такими же, пока от агента не осталось лишь разбитое, сломанное тело, свесившееся на цепях со стула. С передней части головы (лицом назвать это было уже нельзя) лилась кровь, тонкими струйками растекаясь по бетонному полу. Дознаватель выпустил бейсбольную биту из своих рук, и она с тихим стуком упала на липкий пол. После это он вышел из комнаты.

Пока не указано иное, содержимое этой страницы распространяется по лицензии Creative Commons Attribution-NonCommercial-ShareAlike 3.0 License