Парящая армада
рейтинг: +5+x

Земли Ягрона улетели воевать.

Ягрон никогда не был благословенным местом. Поочерёдно разрываемая палящим зноем и коварным холодом, пугающая, голодная пустыня в течение последних тысячелетий расползается и пожирает северные земли. Над ней смутно вырисовывались Игольные Холмы, изломанный, подагрический хребет из камня и чёрных, глубоких ям, ограждающих юг от пустошей. На зубчатые пики карабкается могучее, густое сплетение деревьев и беспощадных шипов, быстро утопая в болотистых равнинах, что спускаются к океану. Жёсткая, суровая земля, со многими, многими ходами в сплетение подземных туннелей, Ягрон всегда был местом дурных знамений и лишений.

Века назад здешними кланами орков правил Дракон Серый. Здесь проходили последние бои против ужасного Лорда Чернокости и его легионов, и ужасный великан с криком бежал обратно, к своим хозяевам – Лордам Гробниц. Здесь наконец была захоронена Чёрная Икона – рваные остатки Расщепляющего Крестового Похода, похоронившего и их самих, и их кошмарных богов, ожидающих лучшего, не столь могучего века. Потерянные, сломленные и презираемые, все стягиваются сюда, чтобы выцарапать и вырубить жизнь из земли и друг из друга.

И всё же была причина тому, что эта суровая, горькая земля не была брошена на произвол разложения. По странной прихоти творения, драгоценные камни и кристаллы в Ягроне растут особенно густо, как под землёй, так и на её поверхности. Наиболее примечательными из них были полупрозрачные, крапчатые синие кристаллы, которые местные прозвали Небесной костью. Они чудесны на вид, но их подлинная ценность проявляется в том, что они делают, попадая на свет. Пока сияет солнце, драгоценные Небесные кости медленно возносятся, утягивая за собой всё, к чему прикреплены. Их мощь кажется безграничной и может поднимать даже большие каменные глыбы прежде, чем медленно опуститься обратно с наступлением ночи.

Новая Заря была здесь лишь поводом хорошо посмеяться. Жрецы смотрели на нечеловеческие народы в лучшем случае как на скот, и немногочисленные поселения людей не питали любви к этим незваным гостям. Шахтёры и искатели приключений копали, крали, выменивали на камни из глубоких земных недр и продавали на золото растущего, властолюбивого народа без оглядки на религию, и были довольны таким положением дел. Жители Ягрона даже не знали о том, что была война, или что мир изменился. Пока не пришли беженцы.

Они приходили толпами. Обитатели холмов, люди, гоблины, лязгуны – тысячи согнанных с места, ненавидимых и нежелательных. Они приходили в Ягрон просто потому, что не было больше мест, куда ещё им было податься. Вскоре и подземелье выплюнуло свои теснившиеся массы, когда порабощённые армии Лордов Гробниц начали объединять тьму в свой тихий гнусный рай. Насилие росло час за часом, когда каждый клан и племя тянулись и рвали друг друга когтями в борьбе за еду, воду и место. Война не пылала, но тлела.

Внезапно и стремительно никому неведомый орк Харн Мрачный запугал и уговорил некоторые племена объединиться и вскоре вознёс себя, как Императора Харна. В течение нескольких месяцев орки, гоблины, люди и другие сплотились у его знамени, и впервые за пять сотен лет орк претендовал на Железную Корону без оспаривания. Народ Ягрона, и местный, и пришлый, съёжился в ужасе, запертый в ловушке меж океаном, войной и смертью со всех сторон. Однако Император Харн сделал нечто, чего никогда ранее не свершалось за время правления орочьих королей: он не грабил и не разрушал всё перед собой.

Напротив, он послал эмиссаров ко всем народам и вождям племён Ягрона. Все были созваны, и многие пришли, некоторые в явном изумлении от этой наглости. Пришли дипломаты от Серебряных Жрецов, скованные извивающимся, дрожащим страхом перед инфантильным полубогом. Пришли Гневные Братья, трое высоких серых плащей, чьи бледные руки не отпускали изборождённых, зазубренных клинков. Лязгающие Титаны, легендарный повелитель воров Длиннозуб, легионеры Латунных Холмов – многие предстали перед скрученным, неровным троном Императора Харна.

Орк говорил, кричал и боролся, применил всякий инструмент принуждения и любые уловки, дабы собрать этих резких и раздробленных людей в неудобное, но единое целое. Даже этот подвиг, ошеломляющий сам по себе, не был его величайшим деянием. После этого марафона слов пришла пора его наиболее дерзкого и поразительного плана: он предложил использовать саму землю, дабы нанести удар по ненавистным внешним странам. Используя массивные кристаллы Небесной кости, он собирался вознести целые острова, парящие базы, боевые корабли и сами народы, дабы взять всё, в чём им отказывали.

В работу вкладывались с почти маниакальным пылом. Закон гласил, что всякое племя было защищено от других в своих летучих крепостях, однако на земле союзы могли течь, подобно воде. Вскоре огромные груды камня и кричащих толп вознеслись в небеса над океаном, управляемые огромными парусами, крыльями, пропеллерами и другими, более странными приспособлениями. С каждым заходом солнца армада опускалась, образуя цепь островов, каменные берега и укрепления озарялись кострами и переносными факелами.

Они пришли, подобно воздушному флоту, с особыми вращающимися устройствами, что удерживали кристаллы в воздухе, и стали совершать налёты на прибрежные города. Оборона была тщетной, разнообразные войска атаковали со всех сторон. Зверская сила орков и огров, коварные вылазки нежити, кошмарные магические бомбардировки, многочисленные отряды солдат – не было сил противостоять всем сводящим с ума атакам. Вскоре они продолжили наступление вглубь суши, сметая целые армии на своём пути.

Орудия Нуля не вредили Небесной кости, да и многие создания оказались к ним иммунны. Более того, трофейные канистры Эфира оказались немыслимой ценностью и для войск, и для Небесной кости. Будучи пролитым на кристаллы, он заставлял их ярко сверкать и оставаться на плаву часами, даже ночью. И даже больше – некоторые из бойцов армады глотали эту жестокую субстанцию и впадали в ужасающую ярость, вдобавок становясь стократ сильнее… пока Эфир не вытекал, оставляя их измотанными и трепещущими.

Возник замысловатый тупик. Армада не может приблизиться к большим городам, не будучи разнесена в куски огромными паровыми орудиями. Города не могут уничтожить парящие острова без риска подвергнуть огромной опасности свои армии и их драгоценное вооружение. Союзы между различными бунтарскими племенами тоже шатки, и потому любой раскол и любой спор расшатывает опору власти Императора Харна. Возрастает и зависимость от Эфира, и в подсевших на него начали возникать изменения. Их держат вдали от остальных и выпускают лишь как боевых псов, предварительно насыщая Эфиром. Собственный народ начал избегать их, а сами они стали выглядеть… необычно.

Однако Харн здесь не для того, чтобы грабить и копить златые горы, подобно своим пращурам. В детстве он выслушал историю от одного из людей-беженцев, историю об оружии, созданном в ранние годы Новой Зари – столь мощном, что оно было зарыто и спрятано его создателем. Тот верил, что оно слишком могущественно, чтобы кто-либо его использовал, и при этом просто в изготовлении. Харн желает заполучить его превыше всего на свете, и армада – лишь средство для достижения этой цели. Он использует её как наёмников и средство для отвлечения, и когда он найдёт это устройство – он будет править не вонючим сбродом, полным ненависти, а всем Уром.

Парящая страна атакует, а один полубезумный император планирует влететь на ней в бессмертие.

Пока не указано иное, содержимое этой страницы распространяется по лицензии Creative Commons Attribution-NonCommercial-ShareAlike 3.0 License