На память: часть 1
рейтинг: +6+x

12 июня 1976.

Привет, меня зовут Ли. Если вы читаете это, скорее всего, я буду крайне обижен на вас, поскольку это всё-таки личный дневник, который я купил вчера, в новом Монтгомери Вард. В любом случае, вот немного информации обо мне, ведь именно это принято писать в подобных дневниках. Мне семнадцать лет, я учусь в выпускном классе школы Кирк Лонвуд, участвую в местном марширующем оркестре. Также я коллекционирую монеты, некоторые не понимают, что в этом интересного, но мне это нравится. Когда я закончу школу, я хотел бы заниматься чем-нибудь, связанным с техникой, инженерным делом, ну, или если не получится, всё равно хочется быть как-то связанным с механизмами.

В школе нет ничего особенного. У меня есть оркестр, есть друзья. Ну мы репетируем с оркестром, учимся, затем, после уроков, опять собираемся оркестром. Рутина. Другие члены оркестра какие-то не очень интересные ребята. Есть классная девчонка - Синди, но она со мной не очень разговорчива. Альберт - лидер нашего оркестра, и он ничего не делает, кроме как строит нас, когда мы его бесим.

13 июня 1976.

Какой противный день! Завтра будет полуфинальная игра чемпионата округа - и конечно же нам обязательно надо было маршировать там, поджариваясь на солнце, повторять одни и те же действия снова и снова… уфф. Это длилось целую вечность. Но у нас была хотя бы вода, так что никто не потерял сознание от жары. Аби всё ещё смущается, вспоминая прошлый раз.

Остаток дня был просто … буэээ. Первый период был просто скука скука скучищща. Мистер Коллинз всё говорил о спорте, и я думаю, так всегда бывает, когда вы отдаёте футбольному тренеру математический класс. А Даниель вёл себя как мудак, поддерживая этот разговор. Было бы здорово выучить хоть чего-нибудь, пока следующий экзамен не завалил, но походу я снова провалюсь. Чёрт. Мне необходим этот зачёт чтобы приняли на инженерный!

Разговаривал сегодня с Синди. Она страшно бесилась, что куча внеклассных занятий будет отменена. Вроде бы проблемы с финансами. Это совершенно идиотская ситуация, и я тоже крайне расстроен этим. Если они закроют лавочку, то туго мне придётся. Жду, скрестив пальцы, и надеюсь, что они что-нибудь придумают.

14 июня 1976.

Это была не игра, а бойня. Мы просто избили их!!! Сначала всё висело на волоске, но во втором периоде наши были вне конкуренции. Тренер шутил, что всё дело в форме. Ну, она действительно круто выглядит, да. В этот раз заказали где-то дешевле, в Синофоне, кажется, но получилось реально круто. Надеюсь, нам к финалу дадут новую униформу.

Чёрт. Я только что понял, что работы с оркестром будет намного, намного больше.

15 июня 1976.

Сегодня кто-то выбил у нас окно, пока никого не было дома. Я вернулся только около шести, репетировал, и едва не порезал себе ступню осколком стекла.
На будущее: осколки заворачивать в два слоя, порезы от стекла - мерзкая штука.

17 июня 1976.

Сегодня выдалось время пообщаться с Синди. У меня лопнул отводной клапан, и у меня не осталось инструмента для репетиции. Она классная. Мы проговорили почти весь урок, и ещё после школы. Надо узнать, не желает ли она зависнуть где-нибудь, может, пойти в город, типа того. Но прежде всего надо починить клапан, как можно скорее. Надо проверить свою копилку…

Только что вернулся из нового музыкального магазина в центре города. Оказалось, что это та же фирма, что дала нам спортивную форму, и они называются "Симфония Глюка". Это совершенно замечательный магазин, небольшой, но столько всякого разного продают! И мне дали хорошую скидку, как ученику Кирк Лонвуд. Определённо, сюда стоит вернуться, как только выдастся время. Надо просто закрыть глаза и следовать ритму. Ещё я заглянул в нумизматический магазин, но там было мало интересного, и всё хорошее слишком дорого стоило.

18 июня 1976.

Ходил сегодня на работу, бебиситтером, для одного из друзей отца. Я обычно не то, чтобы люблю детей, но эти были ничего. Они были достаточно большими, чтобы мне не надо было менять им подгузники и всё такое, и вели себя вполне прилично. Мы в общем-то смотрели телек всё время, что я был там. Родители дали мне тридцать баксов, и я думаю их потратить на те монеты, что я видел.

О, я вспомнил, что мы смотрели. Это был старый сериал про Бэтмена. Нанананана…

20 июня 1976.

Сегодня мы опять разговаривали с Синди, о клубах и всём таком. Я сказал, что если ей скучно в её клубах, мы могли бы где-нибудь зависнуть вместе, да. Мне очень понравилось говорить с ней, мы поймали хороший ритм, произносили вместе слова и выходило гармонично. Мы решили зайти в Ренмар, посмотреть кино. Я даже не помню, какой фильм мы выбрали.

22 июня 1976.

Я только что вспомнил кое-что из другого дня. Куча всего в городе закрывалась. Этот магазин, Синоко, он работал, а гастроном, парикмахерская, и много всего другого выглядели заброшенными. Я зашёл в Синоко купить Синди что-нибудь к дню рождения.

Магазин был всё ещё в порядке, но там работали другие люди. Хотя сами они говорили наче, якобы работают не "в" магазине, а "с" магазином. Кроме того, они были очень странными. Я видел парня, который тёр шваброй одно и то же место на полу все два часа, что я там провёл. Он ещё постоянно насвистывал одну и ту же десятисекундную мелодию. Красивая мелодия, да, и не раздражающая, но это было дико.

И прилипчивая.

25 июня 1976.

Сходил к консультанту, поговорить о карьерных возможностях. Тут в общем-то некуда идти, но в Рескине есть колледж с неплохой программой по инженерной механике. Это выйдет в копеечку… вероятно, придётся ещё раз залезть в сбережения. Я совсем не хочу продавать что-то из своих монет, но если выбор стоит между монетами и колледжем, у меня просто не остаётся вариантов.

29 июня 1976.

Убивался на репетициях. Мы тренируемся каждый день, чтобы быть готовыми к большой игре. Разумеется, Коллинз выбирает самый сложный и идиотский сценарий, который он только может придумать, и хочет, чтобы мы освоили его в совершенстве за четыре недели. На этой неделе у нас начнутся более интенсивные репетиции, и это крайне паршиво. Если то, что у нас было, не было "интенсивным", то я не хочу знать, что это такое на самом деле.

Я сегодня дал объявление в газете о продаже нескольких монет. Я попробовал выбрать те, с которыми я могу расстаться, и которые имеют какую-никакую ценность. Ещё не получил ни одного звонка, но, может, они звонили, пока меня не было. Нам определённо нужен автоответчик.

30 июня 1976.

В рамках новой программы репетиций, нам дают какие-то витамины, чтобы поддерживать наши силы. Это такие маленькие пастилки, и даже не нужна вода, чтобы проглотить их. Дают две утром и одну вечером.
Раны от тех стеклянных осколков всё ещё до конца не зажили. Паршиво.

3 июля 1976.

Продал сегодня монеты. Их звон в моей руке был очень приятен, навёл меня на мысли о музыкальных тарелках. Деньги ушли в копилку, и надо будет поговорить с консультантом, когда закончится сезон.

6 июля 1976.

Репетиции начались. У нас хорошо получается шагать в ритме нашей музыки и синхронно с метрономом. Просто маршировать в ритм, с Синди, Рэнди и Грегом рядом, мы маршируем вместе, объединённые чудесным звучанием.
Кто-то обязан поддерживать ритм в мире. Наше шоу будет лучшим, что они когда-либо видели, эта игра больше запомнится оркестром для перерыва, чем игроками.

9 июля 1976.

Радио сегодня было потрясающим. Звук скользил через дырочки в ткани, огибал деревянный корпус и сходил на меня. Мы слушали почти весь вчерашний день и день до того, и я даже не заметил. Время реально летит, когда ты слушаешь это.

11 июля 1976.

Так не годится. Мы маршируем каждый день, держа ритм. Нет времени для игр, Синди. Я знаю, что ты читаешь это. Я знаю, что ты вырываешь страницы, чтобы записать свою собственную мелодию. Что ж, я могу сказать, что ты как четвертаки, застрявшие в кассе, не слыша звон разменивающих рук над тобой.
Всё изменилось. Всегда менялось. Я вспоминаю изменения раньше, или позже. Иногда так сложно принять решение.

15 июля 1976.

Я больше не голоден. Мы говорим друг с другом, и играем друг с другом, и записываем их в нотах. Мы дирижируемся вместе. Кому нужен бесплатный завтрак, ланч, ужин, когда ты часть большего? Синди ела. Пускай, у меня есть более важные дела.

Господи, мой желудок натянулся сильнее, чем скрипичная струна перед разрывом

18 июля 1976.

До того, как мы встретились, я был кувшином с водой, я плескался и держал все свои идеи в голове. Во мне был застой, не было течения, и я не мог двигаться с единомышленниками. Нам пришлось разбить стекло, чтобы развалилось на куски, чтобы вошло к нам в виски. Громыхало тамммм, пока все осколки не встанут на место. Мне надо было, чтобы ты сложила всё снова, чтобы видны были трещины. Теперь оно вливается фонтаном, и я знаю так много.

Я помню, как мы пели.


Пока не указано иное, содержимое этой страницы распространяется по лицензии Creative Commons Attribution-NonCommercial-ShareAlike 3.0 License